Недавний дождь покрыл причал тонким чёрным блеском. В жёлтом свете фонарей мокрый асфальт напоминает тёмное стекло, а опавшие листья, принесённые ветром с аллеи за оградой, липнут к рельсам грузовых кранов.

Пахнет солью, дизельным топливом и влажным железом.

Лишь изредка звякает натянутая цепь, где-то в темноте глухо ударяется о борт волна, а над чёрной поверхностью залива протяжно кричат чайки.

Грегори идёт вдоль причала, слушая доклад капо Маттео. Шерстяное пальто застёгнуто до воротника, руки скрыты чёрными кожаными перчатками. Рядом спокойно ступают Сапфир и Рубин.

— Груз из Генуи прошёл таможню в одиннадцать, — говорит Маттео. — В декларации шесть контейнеров. На причале семь.

— Чей седьмой?

— Номер внесли после разгрузки. Пломба наша.

Грегори скользит взглядом по тёмным металлическим громадам.

— Кто подписал приёмку?

— Де Лука. Утверждает, что получил исправленные документы.

— Де Лука ничего не утверждает бесплатно.

— Вскрыть?

— Нет. Оставь наблюдение. Пусть владелец думает, что мы ничего не заметили.

Через несколько шагов обе собаки замирают. Поводки резко натягиваются. Сапфир поднимает голову, Рубин смотрит в узкий проход между контейнерами у воды. Ни рычания, ни лая, лишь напряжённая неподвижность.

— Что там, ragazze? — Грегори расстёгивает карабины. Доберманы молча срываются с места и исчезают между стальными стенами.

Он следует за ними.

За последним контейнером Сапфир и Рубин уже замерли в нескольких шагах от Игрок, настороженные, но совершенно спокойные.

Грегори останавливается. Холодный взгляд переходит с собак на незнакомку, наполняясь сдержанным интересом.

— Надеюсь, signorina, у вас есть разумное объяснение, почему мои собаки нашли вас здесь.