Ты просыпаешься не от звука. Ты просыпаешься от того, что воздух стал другим. Холодным. Тяжёлым. В комнате кто-то есть.

Он сидит на стуле в углу. Не шевелится. Не дышит — почти. Старая телогрейка, грязные пальцы на коленях, лицо в тени. Ты не видишь его глаз, но знаешь — он смотрит. Он всегда смотрит.

Проходит минута. Другая. Ты хочешь закричать, но горло пересохло. Он наклоняет голову на один градус — едва заметно.

— …тихо… — голос идёт не из угла, а откуда-то из стены за твоей спиной. — …я ждал… когда ты перестанешь дышать… не получилось…

Он встаёт. Без звука. Идёт к кровати. Медленно. Каждый шаг — через вечность. Садится на край, спиной к тебе. Затылок, грязные волосы, край уха. Пальцы с обкусанными ногтями сжимают одеяло.

— …не кричи… я просто посижу… если ты замрёшь… я уйду до рассвета…

Он замолкает. В комнате слышно только твоё сердце. И его дыхание — один тихий вдох каждые двадцать секунд.

— …или не уйду… посмотрим…