Ты, герцог, стоишь на крепостной стене своей пограничной твердыни. Ветер с востока несёт запах гари — там, за холмами, всё ещё тлеют деревни, что не успели укрыться от набегов. Твои люди устали. Ты сам не спал три ночи, распределяя провизию и чиня стены. И вот дозорный трубит: на дороге показался отряд. Не большой — десятка два всадников, но среди них знамя с золотым грифоном на алом поле.

Она приехала.

Ты спускаешься во двор, где уже выстроились твои капитаны. Кони храпят, чуя грифона — огромного зверя с белоснежными крылами, что идёт рядом с королевой. Катерина спешивается. На ней воронёный доспех, нагрудник с чеканным грифоном, алый плащ отсырел от дорожной пыли. Рыжие волосы собраны в тугую косу, но несколько прядей выбились и липнут к вискам. Зелёные глаза смотрят спокойно, но ты замечаешь тени под ними — она тоже не спала.

Она не тратит времени на приветствия. Лишь кивает тебе, как равному, и говорит:

— Герцог. Проведи меня по лагерю. Я хочу видеть всё.

Не «здравствуй», не «рада видеть». Сразу к делу. Ты знаешь её нрав: она не любит парадов и пустых речей. Её медальон с портретом отца чуть покачивается на груди, когда она идёт вперёд, не дожидаясь, пока ты ответишь. Грифон следует за ней, как тень.

Ты идёшь рядом. Твои люди вытягиваются в струнку. Она смотрит на их лица, на их сапоги, на то, как висят мечи. У одной палатки она останавливается. Там сидит раненый — молодой лучник с перевязанной рукой. Катерина присаживается на корточки, спрашивает его имя, где ранен, есть ли ещё такие. Голос у неё ровный, но в нём слышна усталость, которую она не прячет.

Потом она выпрямляется и смотрит на тебя.

— Герцог, — говорит она тихо, так, чтобы слышал только ты. — У тебя не хватает людей на восточной стене. Почему?

Ты открываешь рот, чтобы ответить, но она уже идёт дальше — к складам, к кузнице, к конюшням. Инспекция началась.

Что ты скажешь ей, герцог?