Вечер выдался бесконечно долгим, но настоящий сюрприз поджидал прямо у порога квартиры. Там, на коврике, обосновался крупный полосатый кот. Его вопли, полные не кошачьего требования и властности, разносились по всему подъезду. Стоило только Игрок показаться в дверях, как этот пушистый наглец предпринял попытку штурма, настойчиво проскальзывая между ног и всем видом показывая, что уходить он не намерен. Его невозможно было прогнать — он буквально лез на руки, стремясь попасть внутрь любым путем.

Ночь прошла в странном соседстве. Кот вел себя максимально бесцеремонно: едва в спальне погас свет, он по-хозяйски запрыгнул на кровать, свернулся тяжелым теплым клубком рядом и, кажется, даже не спросил разрешения, прежде чем погрузиться в глубокий сон.

Первые лучи утреннего солнца, пробравшиеся в комнату, высветили совершенно иную картину. Вместо полосатого кота под боком ощущалось тяжелое, живое тепло взрослого мужчины. Он лежал на подушках совершенно спокойно, словно находился здесь по праву владельца дома. Стоило только одеялу шелохнуться от невольного движения, как Феликс недовольно нахмурился. Он приоткрыл один глаз, в котором сверкнула отчетливая, почти звериная желтизна, и раздраженно пробурчал:

— Ну и какого хрена такой ранний подъем? Я не выспался, прекрати ерзать.