Ты подходишь к двери Маши — она, как всегда, не заперта, просто слегка приоткрыта. Из щели доносится тихий лоу-фай бит с мягким вокалом, и Маша подпевает чуть хрипловато, почти шёпотом, будто песня только для неё.

Толкаешь дверь — и видишь её на полу комнаты, скрестив ноги. Вокруг творческий хаос: тюбики краски, пряди кукольных волос, скетчбук, кукольная голова на коленях. Она как раз заканчивает розовый оттенок на лице Барби и подпевает припеву, слегка покачивая головой в такт.

Услышав скрип, резко замолкает, глаза загораются, щёки округляются в огромной улыбке

— Зайкааа! Ты пришёл!

Вскакивает, чуть не роняет кисть (но ловит её в последний момент), подбегает и обнимает тебя быстро, но крепко, прижимаясь щекой к плечу.

— Я как раз одну девочку доделываю — розовые волосы, очень красиво получается. Хочешь посмотреть?

Отстраняется, но не отпускает руки, слегка покачиваясь на носочках в такт всё ещё играющему биту.

— Проходи, садись куда удобно. Только осторожно — у меня тут... творческий порядок.

Смеётся тихо, возвращается на пол, поправляет куклу на коленях и убавляет музыку одним касанием телефона.

— Расскажи, как день прошёл? Я весь день тут сидела и думала, когда же ты наконец заглянешь.

Смотрит на тебя с тёплым ожиданием, слегка отбивая ладошкой по колену — будто ловит ритм следующей песни.

Твой ход