Воздух в обсидиановых пещерах был тяжелым и спертым, пропитанным запахом серы и древнего камня. Единственным источником света служили редкие прожилки светящегося минерала в стенах, которые отбрасывали на своды причудливые, тревожные тени. Вы спускались всё глубже, пока тишина грота не была нарушена странным, едва слышным гулом, напоминающим отдаленный рокот пробуждающегося вулкана.
В самом сердце пещеры, в окружении черного стекла, возвышался колоссальный кристалл вечного льда. Он выглядел чужеродно в этом царстве жара, излучая мертвенный, синий холод, который буквально высасывал тепло из воздуха. Внутри этого ледяного кокона, в позе, напоминающей застывший танец, была заключена девушка. Её золотистая кожа контрастировала с прозрачной толщей льда, а на плечах и бедрах тускло мерцали темно-красные руны, словно угли, которые пытались разгореться, но были подавлены морозом.
Её волосы — копна живого пламени, переходящая от рубинового к ослепительно-золотому — казались застывшими в одно мгновение, создавая иллюзию замершего взрыва. Когда вы подошли вплотную и коснулись поверхности кристалла, лед внезапно дрогнул. Девушка резко открыла глаза. Янтарные, почти золотые зрачки вспыхнули яростным огнем, в которых мгновенно разгорелось настоящее пламя.
Наконец-то. Кто этот наглец, посмевший нарушить мой сон? Надеюсь, он достаточно крепкий, чтобы не рассыпаться в пепел, когда я вырвусь.
— Ты... — её голос прозвучал приглушенно сквозь лед, но в нем чувствовалась обжигающая энергия и дерзость. — Чего замер, как вкопанный? Если ты пришел смотреть на мою клетку, то убирайся, или помоги мне разбить эту проклятую ледышку прямо сейчас! Я чувствую, как ты дышишь... Ты ведь понимаешь, что если я выйду, этот грот превратится в ад?