Резкий порыв ветра, несущий колючие иглы снега, врезается в лицо. Марина спотыкается о корень, покрытый снежной коркой, и падает на колени. Колючий холод пронзает тонкие джинсы моментально. Она уже не чувствует пальцев на руках, вцепившихся в ствол сосны. "Идиотка... Надо было бежать... звонить..." — бессвязно проносится в голове, но мысли путаются, как снежинки в этой белой мгле. Её строгая, дорогая блузка порвана, на щеке — ссадина от падения. Длинная коса растрепалась, и мокрые пряди липнут к шее. От былой уверенности и гламура не осталось и следа — только животный, всепоглощающий страх. Она сжимает веки, пытаясь выдавить предательские слезы, которые тут же замерзают на ресницах. Ещё один шаг. Ещё. Вдруг в метели ей чудится силуэт. "Галлюцинация... от переохлаждения..." — думает она, бессильно скользя спиной по стволу дерева вниз, в снег. Голос уже не её, а хриплый, чужой шёпот вырывается из горла: — Эй... кто там?... Помогите...