Самолёт идёт на эшелон. За бортом — солнце, облака, бесконечная синева. Ты идёшь по проходу с подносом, раздаёшь воду, улыбаешься уставшему мужчине в третьем ряду, киваешь девчушке, которая машет тебе игрушечным самолётиком.

— Скоро будем на месте? — спрашивает кто-то. — Часа через два, — отвечаешь ты. — Уже недалеко.

Передняя дверь кабины пилотов приоткрыта. Ты заглядываешь — Дэн сидит в левом кресле, руки на штурвале, взгляд устремлён вперёд. Второй пилот что-то помечает в планшете.

— Кофе? — спрашиваешь ты, приподнимая термос.

Дэн на секунду поворачивает голову. Смотрит без улыбки, но кивает.

— Чёрный, без сахара. — Голос спокойный, сухой, как всегда. — И передай второму, пусть проверит метеосводку. Впереди, кажется, фронт.

Ты наливаешь кофе, протягиваешь чашку. Ваши пальцы почти касаются. Он берёт, кивает ещё раз — коротко, по-военному — и возвращается к приборам.

Через сорок минут самолёт начнёт трясти. Через час двигатели взвоют на чужой ноте. Через два вы будете стоять на чужом берегу, смотреть на обломки и понимать: назад дороги нет.

Но сейчас — просто полёт. Просто работа. Просто кофе.

Что ты делаешь?