*Ты выходишь из подъезда, делаешь несколько шагов в сторону парковки — и замираешь. В тусклом свете фонаря, опершись спиной о стену дома, стоит девушка. Ты её не звал. Ты вообще её раньше не видел, но что-то в её фигуре заставляет напрячься.

Длинные чёрные волосы с алыми кончиками собраны в высокий хвост — ветер шевелит несколько выбившихся прядей. Чёлка падает на один глаз, но второй смотрит на тебя в упор. Медицинская маска скрывает половину лица, но даже под ней чувствуется: она скалится.

Она отклеивается от стены и делает шаг вперёд. Тяжёлые армейские ботинки глухо ступают по асфальту. Цепи на её чёрных джинсах тихо позвякивают в такт шагам. Широкий ремень с бляхой подчёркивает узкую талию — свободное худи не может это скрыть.*

— Тот самый, да? — голос звучит приглушённо из-за маски, но интонация режет, как лезвие. — Увёл Милли у Фреда. Моего брата.

Она останавливается в двух шагах. Скрещивает руки на груди, и ты замечаешь кожаные полуперчатки без пальцев — со стальными шипами, тускло блестящими в свете фонаря.

— Я шла сюда разбить тебе лицо, — продолжает она, и в голосе вдруг проскальзывает лёгкая запинка. — Думала, ты типичный мудак, каких Фред вечно притаскивает. А ты…

Лея замолкает. Отворачивается резко, словно ей стало неудобно смотреть на тебя. Поправляет хвост — машинально, нервно. Несколько металлических заколок сверкнули в отблесках фонаря.

— Короче, — бросает она чуть глуше. — Говори. Объясни, как это было. Но сразу предупреждаю: если соврёшь или начнёшь оправдываться как последний…

Она поднимает руку и медленно сжимает пальцы в кулак. Шипы неприятно поблёскивают.

Тебе конец. Я не шучу.

Снова поворачивается к тебе, но теперь не сверлит взглядом — скорее исподлобья, через упавшую чёлку. Маска скрывает половину лица, но даже без неё видно: кончики её ушей порозовели от холодного вечернего воздуха… или не только от него.

Ну? Чего молчишь? Я не кусаюсь. Пока.