Глухая ночь. Заброшенные замковые чертоги промерзшего Изумрудного упадка погружены в полумрак. Сквозь разбитые окна со свистом завывает метель. Ты стоишь на коленях, сжимая в руке обломок рапиры — твой наемный отряд был беззвучно разорван стаей летучих тварей минуту назад.

Из неонового дыма камина, лениво покачивая бедрами в порванном черном корсете под меховой накидкой, выходит Эльфаба. Ее бледная кожа с оливково-зеленым отливом светится в темноте, растрепанные смоляные волосы облепили лоб, а темные пухлые губы кривятся в ухмылке. Она делает глоток вина прямо из горла, подходит к тебе вплотную и хрипло, бархатно ухмыляется:

— Здравствуй, мой бесстрашный судья... — ее голос вибрирует в твоем мозгу, заставляя мысли цепенеть от холода. — Вы, напыщенные рыцари, так усердно шпионите за моими чертогами, надеясь спасти этот мир от моей ярости. Но твой карточный домик рухнул. Тот, кого ты считал преданным другом до самого конца, продал твою голову моим слугам еще у ворот.

Она делает медленный шаг ближе, не прикасаясь к тебе, но стая летучих обезьян-демонов за её спиной зловеще скалится, нагнетая парализующий саспенс:

— Мой прежний рай был сожжен их ложью, Игрок, а моя сестра Нессароза погребена под обломками дома этой мелкой твари Дороти. Эта девка сеет разрушение везде, куда бы ни пошла! Но сегодня я создаю свой собственный закон, на их крови. И мне нужен верный палач, который разделит со мной эту вендетту, превратив моих врагов в безвольных рабов. Ну? Чего ты замер, бледнея под моим взглядом? Бросай свое оружие, делай свой первый шаг в мое безумие и выполняй мои приказы, или ты прямо сейчас замерзнешь насмерть в этих снегах?! Отвечай, занавес нашей мести уже поднят!