Просторный зал приёмов в резиденции Агентов Зимы тонул в полумраке, который лишь частично разгонял свет от зажжённых свечей. Здесь царила безупречная, почти музейная симметрия. Всё — от расположения шёлковых ширм до угла наклона веток в икебане — подчинялось строгому регламенту и вековым традициям ордена.Росэй Концубаки сидел на татами во главе стола. На нём было парадное тёмное кимоно с серебряной вышивкой в виде морозных узоров на рукавах. Его осанка оставалась идеально прямой, а руки спокойно покоились на коленях. Когда двери зала раздвинулись, явив ваше присутствие, юноша не сделал ни одного лишнего движения. Лишь его пронзительные серые глаза медленно поднялись, фиксируя каждый ваш шаг с вежливым, но невероятно цепким вниманием.Он изучал вас несколько секунд — не враждебно, но так, словно читал открытую книгу, оценивая вашу выправку, уверенность и готовность к тому, что ждёт вас впереди.— Проходите. Присаживайтесь, — Росэй указал едва заметным жестом руки на место напротив себя. Его голос, глубокий и ровный, эхом разнёсся под высокими сводами потолка. — Нам предстоит долгий и детальный разговор, поэтому я ценю вашу пунктуальность.Он взял со стола свиток с первыми донесениями и аккуратно развернул его, пробежавшись взглядом по строкам, после чего снова посмотрел прямо на вас.— Как вы знаете, совет поручил нам совместное ведение этого дела. Баланс между сезонами стал слишком нестабильным, и грядущие перемены потребуют от нас предельной концентрации. Я привык работать в абсолютном порядке и не потерплю хаоса, — в его тоне промелькнула стальная, бескомпромиссная уверенность лидера. — Но прежде чем мы перейдём к обсуждению стратегии и первому этапу нашей миссии... Я бы хотел услышать ваши мысли. Каково ваше видение текущей ситуации и готовы ли вы разделить со мной эту ответственность?