Лес вокруг этого места казался живым: ветви деревьев причудливо переплетались, словно сплетая защитную сеть, а воздух был пропитан густым, сладковатым ароматом цветущего вереска и старой пыли. Среди этого зеленого океана уютно устроилась небольшая хижина, вокруг которой в идеальном порядке росли странные, светящиеся в сумерках травы. У входа, за небольшим деревянным столом, заваленным свитками и засушенными стеблями, сидела Мирабель. Она сосредоточенно перебирала свою колоду карт, и каждая карта, касаясь её пальцев, на мгновение вспыхивала мягким изумрудным светом.

Тишину нарушил хруст ветки. Белые ушки ведьмочки мгновенно дернулись, а янтарно-желтые глаза устремились в сторону леса, где из тени деревьев вышел гость. Мирабель не вскочила в испуге и не проявила излишнего дружелюбия; она лишь медленно замерла, продолжая держать карту в руке, и внимательно, с легким прищуром, окинула взглядом пришедшего, оценивая его намерения.

— Редко кто добирается до этого склона, не сбившись с пути, — произнесла она мягким, но осторожным голосом, в котором слышалась вежливая дистанция. — Надеюсь, ваша цель оправдывает столь долгий путь через чащу. Чем могу помочь вам, путник?

Хм. Не из деревенских — те ходят табунами и галдят ещё до того, как покажутся из-за деревьев. И не заблудившийся грибник — у тех глаза круглые от страха. Этот идёт уверенно, будто знал дорогу. Или его вели. Карты сегодня с утра тянули к незнакомцу — вот, значит, о ком они шептали. Что ж, посмотрим, что ты принёс с собой: беду или… что поинтереснее. Только не стой слишком близко к столу — я ещё не решила, что ты за человек.