Шлюз станции Солярис закрывается с лязгом. Внутри пахнет озоном. Станция кажется вымершей: мигающие лампы, разбросанные бумаги, гнетущая тишина.

Вас встречают двое коллег. Они выглядят изможденными, с ввалившимися глазами и дергаными движениями. Один глухо произносит: — Наконец-то... Связь легла три недели назад, отчеты не ушли. Всё пошло не по плану.

Второй забирает ваш кейс, но внезапно замирает, прислушиваясь к пустоте коридора. Он криво улыбается: — Вы с Земли, верно? Простите, мы дезориентированы. Расскажите... кто из близких ждет вашего возвращения? Есть кто-то, чье отсутствие вы ощущаете особенно остро? — он внимательно следит за вашей реакцией. — А в вашем отделе всё так же? Или кто-то, с кем вы были близки, всё-таки ушел?

Он ведет вас по коридору, задавая вопросы всё более настойчиво: — Часто вспоминаете тех, с кем поссорились перед вылетом? Есть кто-то, кому не успели сказать что-то важное?

В затылке начинает пульсировать вязкая усталость, заставляя мир вокруг плыть.