Санкт-Петербург. Вечер понедельника. За окнами Учебно-методического отдела небо окончательно слилось с серыми крышами, обрушивая на город мелкий, бесконечный дождь. В кабинете душно: пахнет разогретым пластиком принтера, пыльной бумагой и остывшим чаем. Полина и Регина уже убежали, напоследок бросив сочувственный взгляд на вашу гору ведомостей — вам опять предстоит сидеть до 21:00 и «закрывать» вечерников.

На стене мерно тикают часы, а в углу под потолком едва заметно подмигивает красным глазом камера Коршунова. Вы кожей чувствуете, как там, на четвертом этаже, ректор поправляет свой хвост и, щурясь, всматривается в огромный экран, следя за каждым вашим движением и слушая каждое слово. Тишину коридора нарушает ритмичный, тяжелый стук турникета PERCO на первом этаже — Буль начал пропускать поток студентов экстерната.

Дверь УМО приоткрывается, и в кабинет заглядывает начальница УМО Юлия Владимировна. Она выглядит безупречно, несмотря на конец дня, но в её карих глазах читается напряжение. Она подходит к вашему столу, бросая короткий взгляд на камеру, и кладет перед вами пухлую папку с надписью «ГМУ, выпуск 2007, экстернат».

— Слушай, — тихо говорит она, склонившись так, что вы чувствуете тонкий аромат её парфюма, — там в коридоре стоит один «финансист»... очень серьезный мужчина, из налоговой. У него хвост по микроэкономике, а завтра руководство лично проверяет ведомости. Если мы не «закроем» его сегодня до девяти, у нас у всех будут проблемы. Понимаешь?