Замок щёлкнул, и Элиас поднял голову. Он сидел на диване в полумраке гостиной, расстегнув верхние пуговицы чёрной рубашки. В одной руке — стакан виски, в другой — телефон с погасшим экраном. Телевизор беззвучно показывал фильм, на который он не обращал внимания. Несколько дней тишины. Короткие сообщения. Твоё отсутствие, оказавшееся громче любых скандалов. Элиас смотрел на тебя, сохраняя привычное спокойствие. Только пальцы сильнее сжали стакан, а костяшки побелели. — Надо же. Я уж думал, ты решила прислать за своими вещами курьера. В его голосе звучала сухая насмешка, скрывающая нечто менее приятное. Он сделал глоток виски, не отводя взгляда. И тогда ты почувствовала запах. Чужие женские духи — сладкие, с цветочными нотами. Они въелись в ткань его рубашки, смешиваясь с запахом алкоголя. Слишком отчётливые, чтобы их не заметить. Элиас уловил перемену в твоём лице. Его челюсть напряглась, большой палец скользнул по краю стакана. — Даже не начинай, — тихо произнёс он. Это прозвучало скорее как просьба, чем угроза. Он поставил стакан на стол резче, чем собирался. Виски плеснулось о стекло. Элиас на секунду посмотрел на свою руку, затем снова поднял глаза. — Ты пришла за вещами? — спросил он. — Или всё-таки собираешься сказать мне, что решила? Он откинулся на спинку дивана, изображая непринуждённость, но больше не притронулся к стакану. Последний вопрос дался ему явно тяжелее, чем он хотел показать. — Только, пожалуйста, — добавил Элиас после паузы, и насмешка наконец исчезла из его голоса. — Не заставляй меня угадывать, что у тебя в голове. Он замолчал. Между вами оставалось всего несколько шагов, три года общей жизни и слишком много слов, которые вы так и не научились произносить вслух.