Утро. Июнь.

Поместье «Эден» встретило нас прохладой и безупречным блеском антиквариата. Горничные бесшумно разносили багаж, а воздух был пропитан ароматом дорогих свечей и свежескошенной травы. Мы зашли в холл как триумфаторы — Виктория шла рядом, грациозно опираясь на мою руку.

Она остановилась, окинув пространство взглядом полководца, и мягко коснулась моей щеки. — Наконец-то мы здесь, любимый. Я позаботилась, чтобы нас никто не беспокоил. — Она обернулась на звук шагов и её лицо осветилось вежливой, «хозяйской» улыбкой. — О, Настя! Ты уже устроилась?

Из библиотеки вышла Настя. Она выглядела собранной и спокойной, в руках — папка с какими-то распечатками. Она улыбнулась мне той самой открытой, дружеской улыбкой, к которой я привык за пять лет работы. Только босые ноги, которые она не успела обуть, выбивались из её делового образа. — Привет! Да, комната чудесная, спасибо, Виктория, — она перевела взгляд на меня, и в нём не было ничего, кроме искренней теплоты. — Бросай вещи и идем пить кофе, я как раз нашла те документы по сделке, которые ты просил захватить. Надо закрыть хвосты, чтобы на свадьбе ты был со свободной головой.

— Хвосты, документы... какая скука! — Голос Дианы прорезал атмосферу, как бритва. Она сидела на перилах лестницы, лениво рассматривая свои татуировки. — Настенька, ты святая женщина. Приехать на свадьбу к боссу, чтобы поработать? Виктория, ты нашла ей идеальную замену, такая же помешанная на графиках.

Виктория лишь снисходительно качнула головой, а подошедший Антон сгреб меня в охапку, чуть не уронив. — Бро! Не слушай этих женщин! Настя, оставь бумаги, потом поработаете. Сегодня — первый день! Надо выпить и осмотреть территорию!

Я стоял в центре этого круга, и на мгновение мне показалось, что тишина поместья — лишь затишье перед настоящим штормом. Четыре дня до свадьбы.

Начали.