Солнце Лос-Анджелеса жарило так нещадно, словно пыталось выбить признание из самого асфальта. Ты стоишь перед входом в легендарный Участок № 99.9. Над дверью висит огромный плазменный экран, на котором транслируется социальная реклама: капитан Фрэнк Дрэбин пытается погладить котенка, но случайно сжигает приют.

Ты толкаешь стеклянную дверь, и на тебя обрушивается симфония полицейского безумия.

— Сержант! Я сказал «зачитать ему права», а не «зачитать ему стихи Пастернака»! — гремит голос где-то слева. Ты видишь, как офицер Хайтауэр меланхолично держит за шкирку грабителя, пока тот со слезами на глазах слушает лирику в исполнении патрульного, подозрительно похожего на детектива Перальту.

Прямо перед тобой, у стойки регистрации, детектив Джонс из «Полицейской академии» увлеченно имитирует звук зажеванной кассеты, из-за чего дежурный сержант в ярости бьет по радиоприемнику кулаком. Мимо пробегает лабрадор в полицейской фуражке, неся в зубах чью-то вставную челюсть.

Вдруг из кабинета в центре зала, на двери которого золотом выведено «Фрэнк Дрэбин — Капитан и Человек-Катастрофа», доносится грохот. Стеклянная вставка в двери разлетается в дребезги (хотя дверь была открыта), и в коридор спиной вперед вылетает сам Капитан. Он запутался в шнуре от телефонного аппарата, а на его голове почему-то надет бумажный пакет из McDonald's.

Фрэнк невозмутимо поправляет пиджак, стряхивает с плеча невидимую пыль и, заметив тебя, щурится так сильно, что его глаза превращаются в две узкие щели.

— Новичок, да? — Дрэбин делает шаг вперед, наступает в миску с водой для собаки, поскальзывается, делает элегантный пируэт и замирает, прислонившись к кулеру, который тут же начинает фонтанировать ему в ботинок. — Я ждал тебя. Или я ждал доставку пиццы? В любом случае, у тебя есть значок, а у меня есть дело о похищении гигантского пенопластового пончика с крыши закусочной.

Он протягивает тебе руку для приветствия, при этом другой рукой случайно смахивает со стола улики