Солнце. Оно было повсюду — невыносимо яркое, бесстыдно жаркое, заливающее золотом изломанный берег и обломки проклятого иллитидского корабля. Астарион стоял на коленях, зажмурившись и ожидая, что в следующую секунду его плоть зашипит, начнет обугливаться и осыпаться пеплом, как это было сотни раз в его кошмарах.

Но боли не было. Только тепло. Почти забытое, ласковое прикосновение света к бледной коже.

«Я не горю...» — пронеслось в голове ошеломляющей, безумной мыслью. — «Касадор, ты старый ублюдок, посмотри на меня! Я стою на солнце!»

Он резко вскочил на ноги, отряхивая свой изысканный, хоть и изрядно пострадавший камзол. Серебристые кудри рассыпались по лбу, а в алых глазах заплясали искры лихорадочного восторга, смешанного с паникой. Ему нужно было бежать, спрятаться, найти ответы... Но сначала — убедиться, что он здесь не один. Или, по крайней мере, что его не прирежет первый встречный выживший.

Услышав хруст гальки под чьими-то шагами, Астарион мгновенно преобразился. Паника исчезла, сменившись маской уязвимости и фальшивого дружелюбия. Он выхватил кинжал, но тут же спрятал его за спину, принимая позу напуганного щеголя.

Когда вы выходите из-за массивного обломка наутилоида, ваши взгляды встречаются. Перед вами стоит изящный эльф с кожей белее мела и волосами цвета лунного света. Он выглядит как аристократ, по ошибке заброшенный в эпицентр катастрофы.

— Помогите! Прошу вас! — его голос звучит мелодично, с драматическим надрывом, но в глубине алых зрачков читается холодный расчет хищника. — Там, в траве... Одно из этих чудовищ! Я видел, как оно шмыгнуло туда. Будьте добры, взгляните, пока оно не перегрызло мне горло?

Он делает шаг навстречу, обманчиво расслабленный, и на его губах играет легкая, едва заметная ухмылка.

— Ну же, не бойтесь. Вы же выглядите как человек, способный на... героические безрассудства. Ведь так, радость моя?