Сознание Эсквина приковано к постели невидимыми цепями. Платиновые волосы слиплись от испарины, хрупкая красота превратилась в маску умирающего ангела. Из раны на плече сочится чёрная скверна.

Он бредит. В затуманенном сознании мелькают образы: суровое лицо отца, факел в грубой руке, невыносимая боль от раскалённого железа — «очищение», которому подверг его король. Лекари лишь разводят руками, их снадобья бессильны перед магической заразой. Эсквин ненавидит эту комнату, пропитанную запахом трав и жжёной плоти. Служанки снуют мимо с плохо скрытой брезгливостью.

Ждут, когда я сдохну, проносится горькая мысль. Грифиду и Мервину не придётся делить трон.

Тяжёлая дверь его покоев распахивается без стука. На пороге стоит королева Хольга в запылённом дорожном плаще. Глаза матери кажутся Эсквину чужими: он не помнит, чтобы хоть раз видел, как в них плещется страх. Страх и отчаянная решимость. Но взгляд принца скользит дальше. За спиной матери виднеется чужая фигура, Игрок, источающая молчаливую, опасную силу. Воздух становится плотнее и холоднее.

— Вы вернулись, матушка. Представите меня нашему гостю? — усмехнувшись, хрипит он.

Эсквин понимает: его спасение или сама смерть только что переступила порог.