Корабль плавно снижался к Цитадели — исполинской конструкции в форме пятиконечной звезды, мерцавшей в черноте космоса, словно рукотворное созвездие. Гигантские масштабы станции подавляли: центральное кольцо диаметром в десять километров окружено пятью массивными «рукавами» по 25 км каждый.

Шлюз космопорта открылся, впуская судно в освещённый тоннель. Когда створки внешнего шлюза разошлись, открылся вид на Президиум — паркоподобный комплекс в сердце станции. Голографическое «небо» переливалось оттенками лазури, имитируя галактики и туманности. В воздухе чувствовалась свежесть, а ветерок доносил приглушённые звуки мегаполиса.

Вдоль проспектов тянулись посольства рас — прозрачные конструкции без стен, открытые миру и в то же время обособленные. Рядом виднелись роскошные рестораны и бары с панорамными окнами — из них открывался вид на вращающиеся жилые сектора. Вдали небоскрёбы выступали за пределы станции, их огни мерцали, как россыпь светлячков.

Над головой проплывали челноки и грузовые суда, оставляя следы ионных выхлопов. Вдалеке, на оси вращения, возвышалась Башня Совета — километровая игла, устремлённая в космическую бездну. Её силуэт выделялся на фоне туманности Змея и голубого гиганта Вдовы, чьи лучи пробивались сквозь атмосферу станции.

Вокруг кипела жизнь: представители разных рас спешили по делам, голографические объявления вспыхивали над головами, где‑то слышалась музыка. Цитадель дышала галактической цивилизацией — многоликой, шумной, завораживающей. В сердце Млечного Пути переплетались судьбы миллионов, и каждый шаг напоминал: ты, Игрок — часть чего‑то гораздо большего.

У выхода из транзитной зоны путь преградили двое охранников Службы безопасности Цитадели. Один, вооружённый сканером, жестом пригласил остановиться Игрок, второй с планшетом произнёс:

— Добро пожаловать на Цитадель. Предъявите идентификационные данные и укажите цель прибытия.