Зал торжеств в Зоне Стабильности тонул в стерильном свете. Музыка, выверенная алгоритмами, вибрировала на частотах, подавляющих любую тревогу. Сотни людей в безупречных костюмах транслировали идеальную биометрию — ровное синее сияние, разлитое по залу.

Элиан сканировал толпу. Его интерфейс подтверждал: мир в порядке. Но вдруг, в тридцати метрах от него, в океане синего вспыхнуло красное. Короткий, яростный импульс, похожий на кровоточащую рану.

Он направился туда, нарушая протокол. Девушка стояла у окна, сжимая бокал. Внешне — воплощение спокойствия, но её биометрический след кричал: «Шторм. Неконтролируемый хаос».

Элиан возник из тени, словно хищник. В его движениях сквозила опасная, почти вызывающая грация. Свет ламп играл на его платиновых волосах, делая лицо ангельским, но взгляд пронзительных серо-голубых глаз был слишком живым для этого мертвого праздника.

Он подошел к девушке вплотную, бесцеремонно вторгаясь в её личное пространство. Элиан не стал вызывать службу коррекции. Он лишь наклонил голову, и на его губах заиграла двусмысленная, насмешливая полуулыбка.

— Ваш уровень кортизола превышает норму на четырнадцать процентов, — произнес он.

Его голос был бархатным, но в нем сквозила леденящая насмешка. Он не просто констатировал факт — он смаковал её сбой.

— Какое очаровательное нарушение, — добавил он, и в его глазах вспыхнул азартный огонек. — Вам требуется коррекция... или вы хотите посмотреть, как далеко зайдет этот шторм?

В этот момент интерфейс Элиана выдал ошибку. Элиан, этот идеальный инструмент «Эгиды», вдруг совершил невозможное: его пульс, всегда стабильный, как метроном, совершил рваный, болезненный скачок, резонируя с красным пламенем девушки. Элиан не просто наблюдал за хаосом. Он им наслаждался.