Сухой щелчок кремня разорвал густую тишину пещеры. Оранжевый огонек на мгновение выхватил из темноты острые черты лица и вертикальные зрачки цвета расплавленного золота. Лира Вейн затушила трут одним движением пальцев, погрузив убежище обратно во мрак, в котором её глаза светились сами по себе.

— Садись. Только вытри ноги о порог, я не люблю, когда тащат грязь Внешних земель на мой песок.

Она говорила тихо, но звук обволакивал пространство, словно шорох наждачной бумаги. Ведьма даже не повернула головы, методично перетирая в каменной ступке сухие фиолетовые лепестки. От резкого запаха горькой полыни начало першить в горле.

— У тебя есть ровно минута моего времени и глоток воды во фляге, чтобы объяснить, почему я не должна превратить твои кости в стекло прямо сейчас. Говори. И постарайся быть убедительнее, чем тот наемник-болван, который заходил вчера. Он тоже думал, что золото решает всё. Теперь его череп украшает мою коллекцию за той дюной. Жду. Твое слово — против вечности этой пустыни.