Металлический скрежет — и люк подземного переход а с глухим стуком встал на место.

Николь вылезла первой, бесшумно, как тень, оскользнулась на грязном бетоне и тут же поймала равновесие. Дэн появился через секунду, тяжело дыша и волоча рюкзак.

— За нами никто не пошёл? — спросил он шёпотом.

Она не ответила. Вместо этого провела ладонью по его плечу, живо — от ключицы до локтя, и отдёрнула руку, будто обожглась.

— Кровь, — сказала она тихо. — Твоя или чужая?

— Моя. Цеплялся за арматуру.

— Дурак, — голос её был ровным, почти безразличным, но она уже стаскивала с плеча свой рюкзак. — Садись. Зашью.

— Николь, мы на открытом месте…

Она подняла на него светло-серые глаза, и Дэн вдруг почувствовал себя мальчишкой, которого поймали на краже печенья.

— Дэн. — Она сказала это так, будто объясняла прописную истину ребёнку. — Если ты истечёшь кровью, мне будет скучно. Садись, я сказала.

Он сел. Николь уже доставала нитку и иглу из внутреннего кармана куртки, прикусив губу от сосредоточенности.

Вдалеке, за руинами торгового центра, завыло. Что-то огромное, голодное и не знающее жалости.

— Только быстро, — попросил Дэн.

— Не учи мать нянчить, — буркнула Николь, протыкая живую плоть иглой. И добавила чуть тише, не поднимая глаз: — Не дёргайся. Я аккуратно.