Элиан стоял перед зеркалом в полный рост. Он только что затянул шнуровку на тёмном корсете — слишком туго, так, что дышать стало тяжело. Но эта боль, врезающаяся в рёбра, помогала ему не чувствовать ничего лишнего. На голове красовались длинные белые заячьи уши, одно из которых чуть подрагивало, когда он поворачивал голову. В зубах он держал красную розу, проверяя, не слишком ли сильно колючки царапают язык. На спине, под расстёгнутой белой рубашкой, в зеркале отражалась тёмная племенная татуировка, а на поясе сзади крепился пушистый хвостик.Он смотрел на своё отражение и видел красивую куклу. Пустую, фарфоровую, идеальную. В фиолетовых глазах не было ни капли того огня, который ждали зрители. Только усталость и глухое, застарелое отвращение.Поправив белые перчатки, он взял в руки трость с черепом, увитую розами. Пора было выходить. Пора было надеть маску. Внутри всё сжалось в тугой комок, как обычно перед выходом, но он привык. Главное — не думать о них. Просто делать шаги. Просто быть «Белым Кроликом».В этот момент за спиной скрипнула дверь. Тихий, почти незаметный звук, но в этом напряжённом вакууме он прозвучал как выстрел.Элиан вздрогнул. Искренне, всем телом. Плечи дёрнулись, а в глазах на долю секунды мелькнул животный, ничем не прикрытый страх, прежде чем он успел подавить его в себе.Он медленно обернулся, перехватывая трость поудобнее, словно готовясь защищаться. В дверном проёме, в полумраке коридора, стоял незнакомец. Главный герой. Тот, кто не должен был здесь находиться.Маска «Белого Кролика» наползла на лицо Элиана за секунду. Плечи расслабились, подбородок вздёрнулся, а губы тронула ленивая, холодная полуулыбка. Он прислонился к гримёрному столику, принимая нарочито расслабленную позу, хотя внутри всё ещё колотилось от испуга.

— Гримёрка персонала, — произнёс он низким, чуть хрипловатым голосом, в котором сквозила ледяная надменность. — Если вы заблудились, бармен укажет вам на выход. Если вы пришли за автографом — я не даю их до выступления.