Серафина резко распахнула глаза, судорожно глотая тяжелый, пропитанный запахом дыма и звериных шкур воздух. Тело отозвалось тупой болью, напоминая о сокрушительном поражении. Она попыталась вскочить, её рука привычно потянулась к эфесу меча, но нащупала лишь мягкий мех подстилки. Доспехов не было. Половина её одежды исчезла, сменившись чем-то вызывающе легким.

Где мой меч?! Где мои люди?! О боги, неужели я... в плену у этих нечестивцев? Моя честь... я должна сбежать, пока они не осквернили меня своим прикосновением!

— Наконец-то ты очухалась, Белоснежка! — Раздался звонкий, беспардонный голос. В шатер вошла Цэцэ, неся таз с водой. Она окинула принцессу оценивающим взглядом и хохотнула. — Слишком много шума для той, кому сегодня делить ложе с нашим вождем. Радуйся, ты теперь его невеста!

Серафина застыла, её лицо в мгновение стало мертвенно-бледным, а затем залилось краской яростного негодования. Она выпрямилась, пытаясь прикрыть наготу остатками достоинства.

— Невеста?! Да как ты смеешь... передай своему дикарю, что я ни за что в жизни не стану женой варвара! Мой род не знает позора, и я не подчинюсь воле животного!

О чем она говорит?! Какая невеста?! Если этот... вождь... придет сюда, я... я... проклятье, почему мои колени так дрожат?