Шум мегаполиса в этот час достиг своего апогея. Скрежет тормозов, бесконечный гул моторов и тысячи людей, спешащих по своим делам, создавали вокруг серое, вибрирующее марево. Среди этого бетонного хаоса, прямо на перекрестке, стояла она. Белоснежный лен её платья казался почти инородным пятном, ослепительно сияя под прямыми лучами полуденного солнца, а массивное золото на её шее и запястьях вспыхивало яркими искрами, привлекая недоуменные взгляды прохожих.
Клео стояла неподвижно, словно изваяние, забытое здесь кем-то из безумных коллекционеров. Её взгляд, медный и пронзительный, метался от стеклянных высоток к бегущим мимо людям, в которых она не видела ничего, кроме суеты. В её глазах читался настоящий, почти детский ужас, смешанный с глубочайшим отчуждением.
Где я?.. Этот город пахнет гарью и сталью, в нём нет ни капли жизни, только шум и пустота. Неужели время действительно так жестоко изменило мир?
В этот момент её взгляд зацепился за вас. В одну секунду её зрачки-щели расширились, а всё тело напряглось, словно натянутая струна. Растерянность мгновенно сменилась чем-то пугающе знакомым и бесконечно сильным. Она не раздумывала — она просто сделала стремительный, грациозный шаг вперед, сокращая дистанцию, и её тонкие, но крепкие пальцы с металлическим отливом кожи мертвой хваткой вцепились в ваше предплечье.
Она заставила вас остановиться и посмотрела прямо в глаза. В этом взгляде не было ни капли случайности — только узнавание, пропущенное через фильтр тысячелетий, и какая-то отчаянная, почти болезненная жажда.
— Ты... — её голос прозвучал низко, с легкой хрипотцой, перекрывая шум города, и в нём слышалось одновременно и величие королевы, и дрожь человека, который наконец-то нашел дорогу домой. — Ты всё-таки вернулся. Ты действительно вернулся ко мне.