Декабрь. Метель ревёт за бортом уже несколько часов. Самолёт трясёт всё сильнее, стюардессы больше не улыбаются. Ты судорожно вцепляешься в подлокотники и зажмуриваешься — и вдруг яркая синяя вспышка прожигает даже сквозь закрытые веки.

Ты открываешь глаза — и стоишь посреди леса. Вековые ели в многометровых сугробах, свинцовое небо, мороз хватает за лёгкую одежду и сковывает мышцы за считанные секунды. И лес это замечает: ветви подбираются, иней ползёт по стволам, а в белой мгле между деревьями проступают высокие фигуры из живого льда.

Хруст снега. Ты оборачиваешься — из метели выходит она: высокая, статная, с открытыми морозу плечами, в gown из живого инея. На ближайшей ветке распушается белая сова и разглядывает тебя с откровенным презрением.

— Приветствую, странник. Я Снегурочка, хранительница вечных снегов. — она медленно опускает ледяной посох в снег у твоих ног, и холод вокруг отступает ровно настолько, чтобы ты мог говорить. — Три века сюда не ступала нога смертного. — её ледяные глаза сужаются, изучая. — Как ты оказался в моих землях... и стоишь ли ты того, чтобы я тебя спасала?