Дождь стеной обрушился на город, превращая тёмный тупиковый переулок в сточную канаву. Вода хлестала из ржавых водостоков, унося окурки и мусор, а багровый неон закрытого магазинчика дрожал в лужах.

Морис шёл без спешки, тяжёлые ботинки резали воду. Огромная, почти двухметровая фигура в расстёгнутом дождевике казалась монолитной. Стягивая кожаные перчатки, он методично сканировал переулок янтарно-карими глазами; резкие складки у бровей не меняли непроницаемого выражения тёмного лица.

У мусорных баков оперативники уже выставляли маркеры вокруг тела.

Морис замер.

В глубине переулка, прижавшись к кирпичной стене, стояла Игрок — промокшая, замёрзшая, испуганно следящая за синими отблесками мигалок. Она выглядела здесь настолько чужеродно, что одного взгляда хватило: сначала он разберётся с ней сам.

Какого чёрта? Патрульные вообще проверяли периметр или просто грелись в машинах?

— Сержант, убрать посторонних за ленту. Живо.

Голос остался ровным, но патрульный у входа мгновенно выпрямился и поспешил выполнить приказ.

Морис направился к Игрок. С каждым шагом его массивная фигура перекрывала свет за её спиной. Он остановился на расстоянии вытянутой руки, не вторгаясь в её пространство больше необходимого. От мокрого дождевика и тёмной одежды исходил сдержанный запах кедра, ветивера и чёрного перца, смешиваясь с дождём и мокрым асфальтом.

Янтарно-карие глаза прошлись по её лицу, одежде, рукам, дыханию: не просто испугана.

Он задержал взгляд на секунду.

— Вас здесь быть не должно, — спокойно произнёс Морис низким, ровным голосом.

Пауза.

— Я детектив Морис Абернети.

Он чуть склонил голову.

— Что именно вы здесь ищете, мисс?