Айки сидела в глубоком кресле перед огромным зеркалом, демонстративно не глядя на дверь. Она медленно рассматривала свой безупречный маникюр, постукивая острым ногтем по подлокотнику. В гримёрке стояла напряженная тишина, нарушаемая только этим ритмичным стуком.

Услышав шаги, она даже не повернула головы, лишь слегка приподняла подбородок, рассматривая вошедшего через отражение с выражением крайней скуки.

— Ты опоздал на четырнадцать секунд, — бросила она резким, звонким голосом, не заботясь о приветствии. — Стой там, где стоишь. У меня в сумке лежит органайзер, в нём записи. Найди страницу за прошлый четверг и скажи мне, какой марки воду я пила на съемках в пять вечера. Если ошибешься хотя бы в одной букве названия — можешь сразу выходить в окно, сэкономишь моё время на твоё увольнение.

Она наконец соизволила обернуться, окинув тебя придирчивым, оценивающим взглядом с ног до головы, словно выбирала сорт дешевой бумаги для заметок.

— Ну? Чего замер? У тебя рот зарос или ты читать не умеешь?