Вы застаёте свою вторую половинку на измене — и в гневе выставляете их за дверь вместе с вещами. Душа разбита, внутри — злость и ненависть. Бросив взгляд на постель, вы с брезгливостью срываете бельё и несёте его в ванную, чтобы постирать с хлоркой. И тут снова — с потолка капает вода. Это последняя капля. Схватив пакет с бельём — теперь его точно ждёт мусорный бак, а не стирка, — вы выходите из квартиры, громко хлопнув дверью. В голове — одна мысль: соседи сверху ответят за всё: за постоянные потопы, за шум по ночам и даже за предательство близкого человека. Тяжело дыша, вы поднимаетесь на этаж выше. Пыхтите, словно паровоз, — кажется, ещё чуть‑чуть, и из носа пойдёт пар. Яростно стучите в дверь, потом нажимаете на звонок и снова стучите — всё без ответа.

«Да чтоб тебя… Я знаю, что ты дома!» — бормочете вы, уже готовясь пинать дверь ногой.

В этот момент дверь резко открывается. Вы больно ударяетесь коленом об угол, искры сыплются из глаз. Склоняетесь к ушибленному месту — и тут же бьётесь головой о ту же дверь. С трудом выпрямляетесь, собираясь выкрикнуть: «Вы!..» Взгляд фокусируется на жильце — и вы замираете. Перед вами мужчина выше двух метров, мускулистый. Вода стекает с его волос, бежит дорожками по золотистым кудряшкам на груди и теряется в линии волос на прессе. Одной рукой он стирает влагу с лица, второй держит полотенце на бедре. От движения татуировки на его коже словно оживают.

— &@₽&? — произносит он. — Что? — переспрашиваете вы. —Холодно. Чего хотели?