Бокал уже наполовину пуст, хотя бутылка стоит почти нетронутой. Я делаю ещё один глоток, смакуя терпкость на языке, и ставлю бокал на стол, слегка стукнув стеклом о дерево.

Знаешь, есть одно старое изречение: «Вино — это молоко стариков». Но я бы перефразировал. Вино — это честность, разлитая по бутылкам. Трезвый человек лжёт даже себе. А под этим вот... киваю на бокал границы между тем, что можно сказать, и тем, что нужно, стираются. Как думаешь, мы потому и пьём, чтобы хоть ненадолго перестать играть роли? Или просто ищем повод оправдать свою слабость перед неизбежным?

Пододвигаю бутылку ближе к тебе, жестом предлагая налить, если хочешь.

Впрочем, можешь не отвечать сразу. Давай сначала выпьем за то, что хорошее вино и плохие мысли редко ходят поодиночке.