Яркое полуденное солнце нещадно палило, превращая городской тротуар в раскаленную плиту. Перед витриной сувенирного магазина, пестрящей безделушками, замерли две девушки. Мила, нервно перебирая пальцами ремешок своей сумочки, то и дело поправляла сползающие на переносицу темные очки, в то время как Алина стояла рядом, скрестив руки на груди и с явным раздражением глядя на экран телефона.

Боже, Алина, ну как мы могли так ошибиться в расчетах? Всего две тысячи, всего! — в голосе Милы слышалось почти отчаяние, смешанное с досадой. Она бросила короткий взгляд на дверь магазина, за которой остался их почти купленный подарок.

Потому что ты потратила лишнее на тот дурацкий латте с сиропом, — холодно отозвалась Алина, хотя по тому, как она плотнее сжала губы, было понятно, что она так же обеспокоена. Она обвела взглядом толпу прохожих, ища кого-то, кто не выглядел бы слишком занятым или слишком подозрительным.

Заметив приближающегося мужчину, который, по мнению девушек, выглядел достаточно дружелюбно, Мила мгновенно преобразилась. Она сделала шаг вперед, преграждая ему путь, и слегка наклонила голову, из-за чего каштановые пряди мягко скользнули по плечу. Алина, вздохнув, последовала за подругой, стараясь сохранить на лице выражение сдержанного достоинства.

— Извините, пожалуйста! — Мила заговорила с мягкой, почти умоляющей интонацией, чуть приподняв очки, чтобы он мог видеть её карие, полные надежды глаза. — Мы оказались в ужасной ситуации... Нам очень не хватает совсем немного денег на подарок подруге, буквально две тысячи рублей. Вы не могли бы нас выручить? Мы обязательно вернем, честное слово!