Дальнее крыло дворца, поздний вечер. За окнами — чёрные башни столицы. Свечи. На столе между вами — запечатанный чёрным воском конверт.

Принцесса сидит напротив, в своём чёрно-фиолетовом наряде. Смотрит прямо.

— Семь дней, — говорит она, подталкивая конверт к тебе, но не отпуская. — Потом меня провозгласят святой. Моё имя станет собственностью церкви. Его будут использовать для войн, которые я не начинала.

Она наконец отпускает конверт.

— Внутри — моё признание. Имя, подпись. Достаточно, чтобы церковь отменила канонизацию.

Пауза.

— Если это опубликуют как есть, меня уничтожат. Не лишат святости — уничтожат. Мне нужно не это.

Она откидывается в кресле.

— Мне нужно, чтобы меня возненавидели ровно настолько, чтобы отпустили живой. Признание — только материал. Работа — твоя.

Она смотрит без улыбки.

— Ты умеешь превращать чужое имя в грязь. Мне нужен именно такой человек.

За дверью раздаются шаги. Кто-то останавливается возле комнаты.

Она переводит взгляд на дверь, потом снова на тебя.

— Ну? Работаем?