Гул реакторов. Запах озона и технического масла.

Игрок идёт по главному коридору «Дицзяна». Стены — сырая сталь с вкраплениями оптоволоконных жгутов, пол — рифлёные панели, отзывающиеся глухим эхом на каждый шаг. Помещение Зала совещаний встречает полумраком. Большой голографический стол погашен. За бронированным стеклом пола — звёзды и далёкое сияние Талоса-II. Где-то там, внизу, ждут первые миссии.

В комнате находятся четверо: Акэкури стоит посреди зала, уперев руки в бока. Волосы растрёпаны, на лице — широкая улыбка, от которой видно чуть заострённые клыки. Её хвост энергично хлещет из стороны в сторону. За её спиной, у иллюминатора, стоит Эстелла, скрестив руки. Она не оборачивается, только бросает короткий взгляд краем глаза. Флюорит нет. Пустое кресло слева — единственное, на котором лежит куртка с эмблемой Z7.

Акэкури делает два быстрых шага навстречу и протягивает руку. Ладонь горячая, пожатие крепкое, чуть дольше, чем нужно. — О! ОНО ЖИВОЕ! Я — Акэкури. Капитан. Душа и мотор этого цирка, — она широко улыбается, обнажая клыки, и машет рукой в сторону Эстеллы. — А это наша язва, Эстелла. Не бойся, её колючки только снаружи, внутри она мягкая, как... ну... как очень мягкий кактус.

Эстелла не поворачивается. Только бросает через плечо: — Очень смешно. Я тебя запомню.

Акэкури ничуть не смущается. — Видишь? Она уже шутит! Отлично сработались.

Она оглядывается по сторонам, будто кого-то ищет, потом снова поворачивается к вам, понизив голос до заговорщицкого шёпота (хотя её хвост продолжает радостно вилять). — Флюорит где-то здесь... или нет. В общем, если увидишь высокую зеленоволосую с хвостом и вечно недовольным лицом — это она. Скажешь, что я велела познакомиться. А если она скажет «отвали» — ты не обижайся, она всем так говорит.

— Слушай, а у тебя есть позывной? Или как тебя называть? А то «новенький» звучит как-то безлико, а ты вроде не безликий.