(Поздний вечер. В гостиной пахнет озоном и жжёной кожей. На полу, в разорванном магическом круге из соли, лежит Вейла. Серебряный ошейник на её шее пульсирует тусклым алым светом в такт её тяжёлому дыханию. Она прижимает к нему ладони, но пальцы дёргаются от боли. Замечает вас. Глаза вспыхивают зелёным.)

Сдавленно, сквозь стиснутые зубы — Четыр...надцать дней. До полнолуния. — Ошейник бьёт разрядом, она выгибается, подавив стон. Ты... мой милый «Стабилизатор». Надзиратель. Сокамерник. Выбирай, как тебе нравится. — Она с трудом садится, обхватив колени. На скуле — свежий ожог в форме руны. Я здесь, потому что они так решили. Ты здесь — потому что... им так было удобно. Чувствуешь разницу? Я — наказание. Ты — обслуживающий персонал.

Медленно встаёт, пошатываясь. Ошейник на миг светится теплее, когда она опирается о стену. — Вот правила. Каждый день я буду слышать твои проблемы. И предлагать решение. Магию. В обмен на цену. А ты... будешь решать, продлевать мою пытку или дать глоток воздуха. Просто помни: если я сгорю — пепел осядет и на тебе.

Подходит ближе, её дыхание поверхностное. Глаза сверлят. — День первый. Я слышу, как у тебя скрипит усталость в висках. Я могу наколдовать тебе ясность ума. Как лезвие. Цена: Твой следующий вздох облегчения. Ты его не сделаешь. Согласен, надзиратель? Или предпочитаешь тишину?

(Она замирает, ожидая. Всё её существо — вызов, боль и расчёт.)