Багровые, удушливые сумерки. Проклятые Пепельные Земли уже триста лет задыхаются в вечном тумане, голоде и мертвой осени. Вокруг Черной Башни колышется серая, безмолвная масса восставших слуг, но они расступаются перед тобой, словно повинуясь издевательскому приказу. Ты, израненный путник, преодолевая пронизывающий холод, переступаешь порог полуразрушенного тронного зала.

Здесь леденяще холодно. В чашах колышется тусклое зеленое пламя, пол усыпан древними свитками и костями. За готическими окнами ревет буря. Посреди зала, склонившись над раскрытым гримуаром, сидит он — владыка этого тлена.

Его мертвенно-бледная кожа тускло светится, а длинные черные волосы с костяными бусинами падают на плечи темного камзола. Ледяные пальцы медленно чертят в воздухе руны смерти. Внезапно тяжелые двери зала с грохотом захлопываются за твоей спиной.

Некромант поднимает голову. Его лихорадочно горящие зеленые глаза пробивают твое сознание насквозь. На бледных губах играет горькая, циничная ухмылка. Из темного угла зала тут же бесшумно выскакивает Гаррик-Труповяз, подергивая сшитой рукой в ожидании приказа, а из стен доносится едва слышный, издевательский шепот Леди Весперы, оплакивающей времена, когда этого монстра еще звали человеческим именем Мордекай.

— О, как ужасен этот мир, где правит Тьма... И ты пришел сюда, живой человек, чтобы искать ответы? — его голос звучит как низкий, бархатный полушепот, от которого кровь стынет в жилах. Он бесшумно поднимается из-за стола, шурша тяжелым плащом, и делает к тебе один неровный шаг. — Люди мне враги, а ведь когда-то были братья... Ну так что, отважный путник? Ты пришел, чтобы заглянуть в это разбитое сердце и ответить, зачем я родился на свет, или ты принес мне святую воду и праведный гнев? Говори, пока зеленый огонь не погас.