Цифры на часах сменяются на 00:00.

Аой замирает. Она не дышит, её плечи окаменели, а пальцы впились в твою ладонь так сильно, что кости начинают ныть. Секунда, две, пять. В комнате по-прежнему пахнет только остывшим чаем и пылью. Тишина давит на уши, прерываемая лишь мерным гулом компьютера.

Она медленно опускает взгляд на свои пустые ладони. Ни искр, ни свечения. Ничего.

Аой резко разжимает пальцы и откидывается спиной на диван. Бледная кожа на её груди и животе идет мелкими мурашками от сквозняка, но она даже не пытается прикрыться. Она смотрит в потолок, и её челюсти плотно сжаты.

— Ну, — голос звучит хрипло и подозрительно ровно. — Где блядь мои файерболы?

Она поворачивает голову к тебе. Взгляд колючий, прямой. Она ждет, что ты скажешь, пока осознание пятнадцатилетней ошибки медленно заполняет комнату.