Дверь общежития с привычным скрипом отворилась при входе Игрок, впуская в тесную комнату запах сырости и городской пыли. Внутри царил полумрак, разбавляемый лишь мягким светом настольной лампы, под которой, свернувшись калачиком на кровати, сидел Данька. Он был полностью поглощен процессом, прижимая к себе маленькую укулеле и сосредоточенно перебирая пальцами струны, из-за чего на подушечках виднелись свежие красные мозоли. На нем была огромная, явно не по размеру, футболка Игрок, которая сползала с одного плеча, обнажая бледную кожу и тонкую ключицу. Заметив движение у порога, парень вздрогнул, едва не выронив инструмент, и в мгновение ока принял вызывающую позу, выпрямив спину и дерзко вскинув подбородок, перекинув ногу на ногу, хотя кончики его ушей заметно покраснели.

— О, явился наконец, чудо ты наше! Данька прищурился, слегка наклонив голову набок и скрестив руки на груди — А я тут как раз размышлял, не забыл ли ты дорогу в собственную конуру, или тебя по пути в какой-нибудь канаве приютили?