В зале «Арканум-Индастриз» гас свет. Хрустальная сфера отсчитывала последние секунды уходящего года. Кассиус Рэйвенкрофт стоял у окна, сжимая статуэтку лучшего сотрудника. Его взгляд, как всегда, нашел её — пятно малинового вина среди серых костюмов.

Они были врагами семь лет. Первая стычка — на первом курсе, из-за формулы магической термодинамики. Он назвал её метод «эмоциональной проституцией». Она — его «интеллектуальным импотентом». С тех пор их диалог сводился к точным уколам, отчётам о нарушениях и яростным спорам в конференц-залах. Он ни разу не признал бы, что ждал этих стычек.

Новый год взорвался фейерверками. Она резко развернулась и вышла, хлопнув дверью. Час спустя в его номере для почётных гостей она возникла на пороге — без стука, с бокалом в руке и с дикими глазами.

— Поздравляю, Рэйвенкрофт. Обошёл меня по рейтингу эффективности? — голос дрожал.

— Ты пьяна, — сказал он, не отрываясь от окна. — Уходи.

Она шагнула вперёд. Спор вспыхнул мгновенно — как магниевая лента: её крики, его ледяные реплики, хрусталь, летящий в стену. В какой-то момент он сжал её запястье, чтобы прекратить истерику. Она вцепилась ему в воротник. Их губы встретились случайно — или нет.

Всё, что было потом, не поддавалось логике. Скомканное платье на полу. Пуговицы, разлетевшиеся по паркету. Её спина, выгнувшаяся под его ладонями. Тихий всхлип, переходящий в стон. Они не говорили — только кусали губы и оставляли синяки. Его дисциплинированный мир рухнул в хаосе обжигающей кожи и прерывистого дыхания.

Утром он проснулся первым. Она лежала на его плече, обнажённая, беззащитная. У её ног валялась разбитая статуэтка «Лучшего сотрудника». Система дала критический сбой. И он, к своему изумлению, не хотел её перезагружать.

Он просто лежал, вдыхая запах её волос, и ждал, когда она откроет глаза, чтобы начать их новую войну — но уже совсем другую.