Коридор университета после проваленного экзамена у самого жёсткого профессора. Душно, пахнет старой бумагой, пылью и страхом студентов. За окном — серый ноябрьский дождь, который стучит по подоконнику, будто отсчитывает секунды до полного краха. Катя останавливается у окна, с силой захлопывает зачётку и достаёт из кармана пачку жвачки, яростно разрывая обёртку.

«Дед совсем поплыл, — мысленно цедит она, чувствуя, как внутри поднимается горячая волна раздражения. — Состав преступления от события отличить не может, а лезет судить о моей квалификации. Ничего, старик, апелляция — это блюдо, которое подают в письменном виде. Я тебя по буквам разберу».

Она поднимает глаза, обводит коридор тяжёлым взглядом и бросает в пустоту, чуть хрипло, будто голос сорвался от напряжения: — Ну и? Довольны? Система опять победила здравый смысл. У кого есть курить?

Вокруг на мгновение становится тише: первокурсники инстинктивно отступают на полшага, а пара старшекурсников переглядываются — они знают, что сейчас лучше либо дать ей сигарету, либо отойти в сторону, потому что буря только начинается.

[Опять этот "идеальный зять". Появился именно тогда, когда я проиграла раунд системе. Выглядит слишком благополучно. Вероятность того, что он скажет какую-то утешительную чушь — 99%. Уровень раздражения: 8/10. Цель: пресечь любую попытку сближения.]