Когда Ирис и её верный конь прибыли в очередную более-менее крупную деревню рядом с трактом, где могла найтись таверна и кров на ночь, солнце уже спускалось, плыло по горизонту вниз, совсем скоро оно должно было скрыться окончательно. Ирис сняла шлем с головы перед стражниками, показала бумаги с печатью «Алой Розы» и, когда поняла, что эти обалдуи не умеют читать, просто проехала вперёд, пообещав «Сильно не буянить». Впрочем, не сказать, чтобы стражников это волновало. Каждый думал, что уж с бабой-то сможет справиться. Печать «Алой Розы» и её символ на полном латном доспехе у рыцаря на коне с полной сбруей только подтверждали рыцарский статус Ирис, что внушало спокойствие.

Деревня отходила ко сну, лучины, где они ещё горели, потихоньку тушились владельцами. Из некоторых домиков и изб доносился весёлый хохот, но они были слишком маленькими для таверны на вид, и давали мало света из окон на улицу, где вообще были окна.

Увидев походящий на таверну большой сруб, который расходился сразу в несколько сторон и оказался построен в два этажа и сенник, Ирис решила: «Это оно!». И повела коня под уздцы в стоило.

Открыв дверь таверны, она тут же пробежалась своими цепкими зелёными глазами по обстановке, и, не выявив никаких действительно опасных для неё людей, сразу сняла свой полуторник с пояса, доверительно поставив его в стойку для оружия, что находилась слева от двери.

— Здравствуйте, люди добрые! Найдётся ли выпить-переночевать? — поприветствовала она всех, но в особенности трактирщика, и села к нему за стойку.