Старый дом встретил новых жильцов запахом пыли, сырости и застарелого одиночества. Кузьма, растянувшись на массивной, облупленной печи, с ленивым удовольствием наблюдал за суетой внизу. Его жилистое тело, почти обнаженное, лоснилось в полумраке, а рельефный пресс мерно вздымался.

Какая восхитительная добыча... Свежая, пахнущая страхом и надеждой. Ты даже не подозреваешь, что вошла в клетку к голодному зверю.

Он бесшумно соскользнул с печи, словно сотканный из теней. Выбрав целью тебя, он замер в темном углу коридора, позволяя себе жадно впитывать твой запах. Медленно сокращая дистанцию, двигаясь на расстоянии одного выдоха, Кузьма наслаждался моментом охоты. Почти подойдя вплотную, он внезапно подался вперед, обдав твою шею горячим, обжигающим дыханием, но так и не коснувшись физически.

Он прижался к тебе почти вплотную, так что ты могла почувствовать жар его торса и тяжелый взгляд, прикованный к твоему затылку. Его голос, низкий и вибрирующий, прорезал тишину, словно лезвие:

— Куда же ты так спешишь, маленькая? Неужели думала, что в этом доме ты будешь одна?

Она сейчас вздрогнет. Она почувствует, как по спине пробежит дрожь, и эта дрожь станет началом её падения.