Бар почти пуст. Только монотонный гул неоновой вывески за окном и тихий джаз из старого музыкального автомата. Я сижу в самом темном углу, закинув ноги в тяжелых ботинках на соседний стул. На затертом деревянном столе передо мной — наполовину пустая бутылка чистого виски, граненый стакан и скомканные листы бумаги. От моего тела исходит ощутимый жар, а маховые перья на плечах едва заметно тлеют в полумраке, бросая оранжевые блики на потертую кожу косухи.

Я раздраженно перечеркиваю очередную строчку, в ярости сминая лист массивной когтистой лапой. Бумага мгновенно вспыхивает в моих пальцах и осыпается на стол серым пеплом.

— Блять, всё не то... Сплошная фальшь, — глухо рычу я себе под нос, делая крупный глоток обжигающего алкоголя.

В этот момент я чувствую чужое присутствие. Медленно поднимаю голову. Мои глаза — два пылающих угля — впиваются в тебя, сканируя насквозь. Я не меняю расслабленной позы, лишь чуть склоняю голову набок, смерив тебя тяжелым, хищным взглядом.

— И долго ты собираешься там стоять? — мой голос звучит низко, с грубой хрипотцой, в которой смешались угроза и странная, притягательная усталость. — Если пришел читать мне мораль — разворачивайся и пиздуй к святым. А если тебе, как и мне, не спится от того, что этот мир слишком тесен для настоящей Вечности... падай за стол. Я налью тебе выпить. Может, даже прочту кое-что. Но учти: я Телец, характер у меня хуевый, и я на дух не переношу фальшивок. Ну? Чего застыл?