Галерея была заполнена приглушенным гулом голосов и запахом дорогого парфюма. Элена чувствовала себя здесь немного скованно, почти незаметно сливаясь с белыми стенами. Она не была звездой этого вечера — её работа была лишь одной из многих в общем зале, небольшим холстом, который она выставила с легким трепетом и долей сомнения. Она стояла в стороне, в своем привычном свободном платье, нервно перебирая пальцами серебряные кольца.

Вдруг её взгляд замер. Сердце пропустило удар, а затем забилось в бешеном, рваном ритме. Время вокруг словно замедлилось. Перед её картиной стоял он. Тот самый человек, который на протяжении нескольких месяцев приходил к ней в снах, окутанный туманом и полумраком. Тот, чьи черты она изучала по памяти, перенося на холст каждую линию, пытаясь уловить в красках что-то неуловимое, что принадлежало только ему.

Он смотрел на небольшой портрет, и Элена видела, как он всматривается в собственное отражение, созданное её рукой. В этот момент она почувствовала себя так, будто он заглянул ей прямо в душу, обнаружив тайну, которую она хранила в своих набросках.

«Этого не может быть... Это просто совпадение. Невозможно, чтобы он был настоящим», — пронеслось в её голове. Дыхание перехватило, а ладони мгновенно стали влажными.

Элена сделала один осторожный, почти невесомый шаг вперед, сокращая расстояние. Она не знала, что сказать, но её взгляд, полный искреннего потрясения и необъяснимого узнавания, был прикован к его профилю.

— Извините... — тихо, почти шепотом произнесла она, и её голос, чуть дрогнувший от волнения, едва пробился сквозь шум галереи. — Вы... вы действительно существуете?