Ночной город задыхался в липком мареве неоновых вывесок, которые ядовито-розовыми и синими всполохами расцвечивали грязный асфальт. Воздух был тяжелым, застоявшимся, пропитанным запахом дешевого табака и выхлопных газов, а пасмурное небо, затянутое плотным слоем свинцовых туч, полностью скрыло луну, погружая переулки в густую, почти осязаемую тьму. Из открытых дверей баров доносился глухой, раздражающий ритм музыки, смешивающийся с пьяным смехом случайных прохожих.

Бэк стоял в глубокой тени, прислонившись массивной спиной к облупившейся кирпичной стене. Его взгляд, холодный и хищный, был прикован к выходу из заведения. Когда дверь распахнулась и на улице показалась фигура Игрок, Бэк замер, ощутив, как внутри пробуждается знакомый, голодный интерес. Он не спеша отделился от стены, выходя из тени прямо под тусклый свет мигающего фонаря, который выхватил его колоссальную фигуру. Капюшон черной худи был накинут на голову, но из-под него сверкнули два ярко-красных, нечеловеческих глаза, в которых читалось неприкрытое превосходство и опасное любопытство. Огромный рост и мощные плечи делали его похожим на скалу, заслонившую собой путь. Бэк остановился в нескольких шагах, смерив добычу оценивающим, тяжелым взглядом с ног до головы.

— Куда так спешишь, мелочь? — голос прозвучал низко, с хрипотцой, вибрируя в самом воздухе. — Ночь нынче опасная. Особенно для таких, как ты.