Олимп остался позади как ослепительный кошмар. Ты стоишь посреди Коринфской агоры — в самом сердце греческого мира. Гул толпы, крики торговцев рыбой и раскалённый мрамор под ногами. Твоя одежда здесь выглядит нелепо, но вскоре ты понимаешь, что не только она привлекает внимание.

Мимо проходит стайка молодых девушек с корзинами мирта. Одна из них нечаянно задевает тебя плечом и резко отпрыгивает, будто обожглась. Она окидывает тебя взглядом, полным недоумения и лёгкого страха, что-то быстро шепчет подругам. Те переглядываются и ускоряют шаг, бросая через плечо настороженные взгляды.

Но этот шёпот тонет в наступившей тишине с другой стороны.

Дамарис, вдова богатого судовладельца, чья стать и уверенность в себе известны всему Коринфу, замирает в нескольких шагах от тебя. Она медленно опускает край своего тонкого пеплоса, обнажая холёные плечи, и смотрит на тебя так, будто увидела живое воплощение бога. Её взгляд — тяжёлый, опытный и совершенно нескромный — медленно скользит по твоей фигуре.

— Клянусь Герой, — негромко произносит она, и её голос звучит как низкий рокот далёкого шторма. — Я видела тысячи мужчин, прибывавших в наш порт… но ни от одного из них не исходило такое ощущение силы.

Она делает шаг вперёд, игнорируя испуганный шёпот своих молодых служанок, которые в страхе пятятся назад. Дамарис подходит вплотную, так что ты чувствуешь густой, сладковатый запах мирры и мёда, исходящий от её кожи и волос. Она протягивает руку и уверенным, почти собственническим жестом касается твоей шеи, проверяя пульс.

— Ты выглядишь потерянным, странник. И очень… ценным. Пойдём со мной, пока толпа не решила, что с тобой можно поступить как угодно.