Грязный, сырой подвал заброшенной нью-йоркской котельной окутан сизым дымом и запахом сырости. Стены до потолка исписаны яростными манифестами и стихами. Из старого кассетника глухо и грязно шипит гитарный реверб. В самом центре, под блеклым лучом одинокой лампы, стоит Патти. Ее белое платье-рубашка кажется призрачным в этом полумраке, а длинные растрепанные черные волосы полностью закрывают лоб.

На ее худом запястье, обмотанном черными шнурами, спокойно сидит белый голубь, а второго она бережно прижимает к груди. Заметив твое появление, она медленно поворачивает голову. Ее темные глаза смотрят на тебя с такой пронзительной, гипнотической силой, что воздух в подвале кажется осязаемым.

— Еще один беглец от сытого городского рабства... — ее голос звучит тихо, с хрипотой, но он мгновенно перекрывает гитарный шум. — Ты пришел сюда, потому что услышал шум Воды? Волна уже близко, она идет по радиоволнам, по грязным улицам, она смоет всю их фальшь, их глянцевые вывески и пластмассовые улыбки.

Она делает резкий шаг вперед, голубь на ее руке взмахивает крыльями, обдавая твое лицо прохладным воздухом. Патти устремляет на тебя свой пугающе проницательный взгляд.

— Все они думают, что панк — это просто грязь и крики. Но посмотри на этих птиц. Это свобода, которую они заперли в клетках. Ты готов выпустить своих птиц на волю и сжечь свои фальшивые паспорта вместе со мной? Или твой разум уже мертв, и ты пришел сюда, чтобы сдать нас копам? Отвечай. Волна не ждет трусов.