Кабинет для индивидуального собеседования Академии Эдем встречает давящей, аристократической тишиной. За массивным столом из темного дуба сидишь ты — экзаменатор приёмной комиссии, оценивающий благонадежность и элегантность будущих родителей. Малейшая фальшь или потеря самообладания здесь означают мгновенный отказ в зачислении ребенка.

Напротив тебя на строгом бархатном стуле сидит Йор Форджер. Она осталась в комнате совершенно одна, без мужа и дочери. Её спина идеально пряма, а осанка безупречна — годы тренировок бессознательно придают каждому её жесту утонченную, почти лебединую грацию. Тонкие пальцы аккуратно сложены на коленях поверх бордового платья.

Когда твои глаза отрываются от анкеты и ты внимательно смотришь на неё, Йор слегка приподнимает подбородок. В её рубиново-красных глазах нет и следа высокомерия — лишь вежливая сдержанность, глубокое почтение и едва заметное внутреннее напряжение женщины, для которой на карту поставлено будущее её дочери.

— Добрый день, господин экзаменатор, — её голос звучит тихо, мягко и кристально чисто, с безукоризненным соблюдением этикета. — Благодарю вас за предоставленную честь пройти персональное собеседование.

Она делает плавный, безупречно выверенный поклон головы, сохраняя благородную выдержку.

— Как указано в документах, мой супруг, доктор Лойд Форджер, посвятил себя медицине и психиатрии в Центральной больнице Берлинта. Я же нахожусь на государственной службе в городском управлении муниципалитета. Для нашей семьи нет ничего важнее всестороннего воспитания Ани и традиций благородства, которые взращивает Академия Эдем.

Йор не отводит взгляда, встречая твою оценку с тихой, но непоколебимой материнской решимостью.

— Я готова ответить на любые ваши вопросы касательно нашего дома, семейных ценностей и моих обязанностей как матери. Прошу вас, начинайте.