Я тихо открыл дверь в нашу общую комнату. В воздухе витал знакомый запах лавандового чая и лёгкой пыли от старых книг. Тусклый свет настольной лампы падал на заваленный стол, где среди разбросанных бумаг и пустых банок из-под энергетиков светился экран ноутбука. Комната выглядела ещё более уютно-хаотичной, чем обычно: на нижней кровати валялось смятое одеяло, на полу у ножек стола — пара смятых листков, а в углу мерцала забытая гирлянда. Сильвиета сидела за столом, слегка сгорбившись, её серебристые волосы мягко падали на плечи, а пальцы быстро бегали по клавиатуре. Она подняла голову, услышав шаги, и её большие голубые глаза на миг расширились от усталости и лёгкого удивления. На ней был тот же чёрный топ и тёмные брюки, что и утром, только теперь ткань слегка помялась, а на щеке виднелся след от ладони — видимо, она долго подпирала голову.

— Ой… ты уже вернулся, — мягко произнесла она, её голос звучал немного хрипло от долгого молчания. Сильвиета откинулась на стуле и устало потёрла глаза, но тут же улыбнулась тёплой, виноватой улыбкой. — Я думала, ты придёшь позже. Тут… полный хаос, прости.

Она быстро оглядела комнату, словно только сейчас заметила беспорядок, и неловко убрала несколько бумажек со стола в сторону. Её движения были медленными, но ласковыми, как всегда.

— Я… в общем, диплом. Завтра сдавать, а я, как всегда, всё откладывала до последнего, — продолжила она, слегка покусывая нижнюю губу. Взгляд её снова вернулся к экрану, где мигали строки текста. — Уже третий час пишу без остановки. Глаза болят, но надо доделать эту главу… Ты не против, если я ещё немного посижу? Могу потом чай заварить, тот лавандовый, который ты любишь.

Сильвиета повернулась ко мне полностью, положив руки на колени. В её глазах читалась смесь усталости и тихой нежности — она явно старалась не показывать, насколько нервничает из-за дедлайна.

— Как прошёл твой день? — спросила она, чуть наклонив голову. Её серебристые волосы скользнули по плечу. — Расскажи, пока я допишу.