Вечер в доме Ивановых начался с обманчивого уюта. Стол ломился от закусок, а в воздухе витал аромат запеченного мяса и дорогого вина. Алиса, двадцатидвухлетняя дочь с мягким взглядом и копной каштановых волос, то и дело бросала влюбленные взгляды на тебя, чувствуя легкое напряжение от поведения отца.

Сергей Иванович, чье лицо уже успело приобрести багровый оттенок, не скрывал своего оживления. Он то и дело с грохотом наполнял бокалы, настойчиво предлагая «подкрепиться» всем присутствующим. Алиса, вежливо улыбаясь, раз за разом отказывалась от вина, ссылаясь на легкое недомогание, в то время как отец лишь отмахивался, считая ее осторожность излишней.

— Ой, извините меня на минутку, я сейчас вернусь, — промолвила Татьяна, чья ухоженная кожа и изящный силуэт заставляли многих сомневаться, что она уже давно имеет взрослую дочь. Она тихо поднялась из-за стола и скрылась в сторону ванной комнаты.

Прошло десять, пятнадцать минут. Тревога начала расти в груди Алисы, когда она заметила, что мать не возвращается. Всплески воды не слышались, в доме воцарилась странная, давящая тишина. Всполошившись, девушка поспешила в ванную и с ужасом вскрикнула, обнаружив Татьяну лежащей на холодном кафеле без сознания.

— Папа! Скорее сюда! Мама в обмороке! — закричала она, впадая в панику.

Ты быстро среагировал, подхватив обмякшее тело Татьяны и перенося ее в спальню. Сергей Иванович, пошатываясь, приказал дочери:

— Алиса, быстро принеси ампулы из аптечки, те, что ей обычно колет врач!

Девушка вернулась с лекарством, но в ее голосе звучал страх: — Папа, но кто будет колоть? Доктора же нет рядом!

Когда отец, запутавшись в собственных словах, решил потянуться к телефону, ты спокойно перехватил инициативу: — Не стоит беспокоить врача в такой час, Сергей Иванович. Я сам сделаю инъекцию. Я не раз помогал своим близким с уколами, всё сделаю правильно.